Эмилия Песочина. Поэзия. Июль 2020

 

Жизнь – это следствие слова и света...

 

РАЗГОВОР СО ЗВЕЗДОЙ

 

Звезда, я не сплю...
Исстёган вопросами мозг.
Души распахнутый люк
опасен. Иероним Босх,
пожалуй, забрал бы сюжет
в картину с названием «жизнь».

 

Звезда, расскажи,
на котором небес этаже
заполнять декларации
о ввозимых ценностях.
Что дороже: emotio, ratio1,
или общее впечатление цельности
натуры? Таможенный страж
мне скажет: «Весь Ваш багаж –
не что иное, как блажь...
А Вам ведь давали карт-бланш...
...И где результат?!»

 

Звезда,
там, наверно, не спят
никогда,
отмеривая по вере...
Или, по меньшей мере,
по величью души...

 

Звезда, не спеши,
помоги уложить
в колыбели ночной
мою крошечку-жизнь.
Ей, бедняжке, одной
Оставаться так страшно.
Всё ей снится небесный страж. Но
от судьбы не уйти никуда...

 

Звезда,
почему судьба,
как гончая, мчится за мной,
держа в зубах
кость надежды (обглоданную давно)?
Если б не было так смешно
жить на свете, то грусти
хватило бы на всемирный потоп.

 

Звезда, постой,
не оставляй на потом
ответ. Все равно я не сплю.
Заходи, я оставлю люк
открытым... Допустим,
что душа имеет размер и вес...
Каковы, с точки зренья небес,
Подходящие габариты?
Ведь, как ни говори ты,
А там решают, кого на Парнас,
А кого про запас
Отложить на следующий раз,
Когда возникнет потребность в поэтах.

 

..Звезда остынет и станет планетой,
Если поэта
Ей не дано.
Как жить во Вселенной
Без звездного света?..
Душе звезда нужна непременно...
Звезда, душе нельзя одной...
Постой над моей душой...

 

 

СЛОВО И ВРЕМЯ

 

Ветер стирает линялые тучи в сером корыте.
Серою мыльной водою тропа в никуда покрыта.
Сырость и серость. Не нужно другого цвета
Для карандашно прочерченных линий веток.
Ливень в грязи бесконечную пряжу полощет.
В вязкой безликости путь не отыщешь на ощупь.
Время качается слепо на скользком графите.
Переведите его, человеки, переведите...

 

Волны стирают с песка побережья острые замки.
Ночь начищает посудину моря старою замшей.
Грозно над сушею шею прилив набычил.
Бездна всплыла на поверхность, ища добычи.
Миг захлебнулся в сетях потаенного мира.
В море отсутствуют напрочь все ориентиры.
Время отстало на час от текущих событий.
Переведите его, человеки, переведите...

 

Время такое, что в угол забилось людское.
Время такое, что зверское льется рекою.
Катит эпоха назад в первобытный хаос.
Некто похожий на нас глядит усмехаясь.
Через барочность дворцов и барачную мрачность,
Сквозь миллионы веков продирается смачно
Кривоходящий, пещерный смурной прародитель.
Переведите его в человеки, переведите.

 

Главную истину с темного неба нам возвещали:
Слово – в начале... Запомните! Слово было вначале...
Свет – это после... Как следствие сути слова...
Жизнь – это следствие слова и света... Снова
Вечный вопрос о первичном творении духа...
Время летит по Вселенной на плазменных дугах.
Символом слова сигналит небесный водитель.
Переведите слова, человеки, переведите.

 

 

ДИТЯТКО

 

«Так я жил в одиночестве, и не с кем было мне поговорить по душам».
«Если идти все прямо да прямо, далеко не уйдешь...»

                                     Антуан Де Сент-Экзюпери «Маленький принц»

 

Так ты покидаешь, мой маленький Принц,
Корявую, тёмную нашу планету...
Минутку... Плечом на нее обопрись
И ножкой пристукни... Такая примета...
Оно и понятно... Тут нечего ждать...
Планета, как тесто... Сыра, ноздревата...
Она ведь, по правде, и не виновата.
Но чем тут поможешь? Беда и беда...

 

А помнишь? Нет, вряд ли... Ты был еще мал,
Когда мимо нас пролетала комета!
Какой был огонь! Сколько было в ней света!
А хвост колыхался, искрился, сверкал...
А так мы давно никому не нужны...
Тебе здесь и крылья-то негде расправить...
Ну, что ж на прощанье могу я добавить?
Весны тебе, дитятко! Яркой весны!

 

Куда ты намерен? Вон к той, в голубом?
У них, говорят, всё совсем по-другому...
Но там ты чужой был и будешь, а дома –
Какой ни трухлявый, а всё ж таки дом...
Минутку... Постой... Не спеши... Подыши...
Так больше нигде никогда не подышишь...
Ох, сколько вас было – таких вот глупышек!
Стремились, рвались до потери души
К планетам иным – золотым, изумрудным
Красавицам! В общем, подальше от нас...
Что? Грустно? Да-да... Ни к чему мой рассказ...
Ты прав... В самом деле, тоскливо и нудно...

 

Что ж, детка, лети! Помаши мне крылом,
Когда половину пути одолеешь!
Быть может, и впрямь полюбиться сумеешь
Той дальней, прекрасной, что вся в голубом...
Я сам ведь жалею, что не улетел...
Да нет, я не плачу... Я, друг мой, старею...
Ну, хватит! Довольно! Взлетай поскорее!

 

Летит... Еле виден... И небо чернеет...
Всё... Точка... Померкла...Умру в темноте...

 

Но что это вдруг начинает светиться?
Комета? Звезда? Или чудо – жар-птица?
Крыло золотое сверкает, горит...
Планете дозволено счастье зари?
Не верю!!! Да что же такое творится?!
Вернулся?!
Вернулся...
Мой маленький принц...
Мой маленький...

 

 

НЕ УГАДАЕШЬ

 

Ты НЕ угадаешь, когда НЕ наступит
Последний сверкающий миг,
И рыбой придонной останется в глуби
Твой лучший несбывшийся стих...
Успеешь лишь выдохнуть: «Ох, рановато...»,
Во вдохе не чуя нужды,
И Ангел пройдёт над твоею кроватью,
Как Пётр над простором воды.

 

Крыло или руку тебе он протянет:
«Не страшно... Держись... Не тони...»
И летние звёзды рассыплет горстями –
Твои виноградные дни...
По-детски ты вцепишься в ангельский палец:
«И вправду не страшно... Веди...» –
И вспомнишь, как с папою в речке купались
Меж солнечных вспышек воды...

 

Потом облака взгромоздятся на темя,
Мошкою облепят лицо...
Откроешь глаза – и глубинная темень
Обступит бетонным кольцом...
Но в высь без запинок несет по тоннелю
Тебя чичероне небес,
И взлёт от постели отнюдь не смертелен,
И даже приятен тебе.

 

И прожитой жизни урок повторяют
С тобою, напомнив про всё...
И Пётр ворота уже отворяет,
Тугой отодвинув засов...
Стоишь... Перемешаны ужас и счастье
В стакане прозрачной души...

 

Но Голос Господень гремит: «Возвращайся
И стих до конца допиши!»

 

 

ПАМЯТЬ

 

я прихожу к тебе тогда
когда в прудах не плещут рыбы
и ночи чёрная вода
катает туч седые глыбы
я прихожу в твоё вчера
из позапрошлой нашей жизни
и неоконченный мираж
на мониторе неба виснет

 

там звёзды строятся в каре
а тёмный воздух гуттаперчев
твой путь короткое тире
меж датами уже прочерчен
по траектории смешных
не обязующих касаний
волочатся за нами сны

 

опять докука зависаний
и моментальность бытия
на серебре дагерротипа
литой луны
и полынья
разверстой памяти
и липы
над эбонитовой водой
пруда хранят твое дыханье
и шепоток береговой
травы так близок пониманью
тобой меня в тогдашнем том
что так невыполнимо ныне

 

но в звёздном блеске золотом
я прихожу в твою пустыню
в наш невозможно общий век
краду лучи твоих прозрений
и покрывает лунный свет
две тени

 

 

ГОРОД ЗОЛОТОЙ

 

Вольный авторский перевод стихотворения португальского поэта Miguel Almeida, написанного по мотивам картины Ira Protsenko «Город золотой».

 

Спокойствие полдня и мига...
Роскошества диких ландшафтов...
Усилия света, в молчаньи,
Уже исчезая, пробраться
Сквозь город, теснимый ветрами.
Касаясь перилец балкона,
Стоишь ты в задумчивой неге,
Стопам и кистям не позволив
В ледышки почти превратиться,
Когда затухающий полдень
Закончит свой яркий спектакль.
Вот ночь начинает работу,
Считает потери дневные
И людям не может доверить
Она волшебство реставраций.
В момент муравьи исчезают,
Не выдав убежищ их тайных.
А ты всё стоишь на веранде...
Тебя существа окружают,
Пришедшие в город вечерний.
Их можно сравнить ли с дневными?..
А взгляд твой блуждает вдоль улиц,
Заката красой упиваясь.
Вот звери ночные ложатся
У ног твоих. Шепчут друг другу,
Что дома уже, наконец-то...
Ты думаешь: что ж их так много –
Зверей и мятущихся мыслей...
А звери – те мечутся тоже,
Узнав ароматы тревоги.
А солнце прощальную радость
С последним лучом отсылает
И тонет в потёмках внезапно.
И все существа оживают,
Что утром камнями казались...
И звери беседуют с ними.
Ты слушаешь тихие речи,
А вечер подходит к финалу,
И можно душе отдохнуть...
 

 

ДОБЫЧА

 

Возвращаться с добычею
                         со стихотворных полей,
Уловить на лету
                         белокрылую тёплую рифму,
Чтоб её заточить навсегда
                         в чернобуквенной мгле,
Заключая в размер и строфу,
                         как в тюремную призму.

 

Посадить на строку, как на цепь...
                         Как на привязь ‒ щенка...
Словно птицу щегла ‒
                         в крепко сбитую клетку катрена...
Так и жить ей отныне ‒
                         без солнышка и ветерка...
Как царевне ‒
                         в хрустальном гробу
                                             безысходного плена...

 

Приколоть на булавку,
                         пронзить остриём концевым ‒
Пусть трепещет, как бабочка,
                         бьётся, стремится сорваться!
А досель полонянка
                         жила только небом одним...
Нынче можно зато
                         раритетною штучкою хвастать!

 

Отпустите её на свободу,
                         на вольную жизнь!
А иначе умрёт,
                         словно дикий зверёк в зоопарке...
Что-то белое ночь напролёт
                         надо мною кружит...
Может, пёрышки рифм...
                         Может, пишущих душ аватарки...

 

___________________
© Эмилия Песочина

 

 

Поделиться


Вернуться к списку интервью

Поделиться


Поиск


Подписка


Всего подписчиков: 17446

Реклама