Наталья Нахалова. Поэзия. Октябрь 2023

 

Надежда

 

Собираю по крупицам Радость,

Солнцу ясному с утра, верю,

Даже тучки набегут- благость,

Будет дождик умывать землю.

 

Как заливисто поют птицы,

Дружной стайкой оседлав грушу.

И ритмично, в такт стучат спицы

У бабули, услаждай уши.

 

Выгнув спину, рыжий кот Тайсон

Пса скулящего загнал в будку.

А назвали бы его Карлсон,

То над крышами парил с уткой.

 

А мальчишка, озорник, просто

Дёрнул девочку, смеясь, за косы,

Но придёт для них такой возраст,

Ей, смущаясь, принесёт розы.

 

Мир прекрасен по своей сути.

Все народы на планете в ответе,

Чтобы не было войны, Люди,

Чтобы в Радости росли ДЕТИ.

 

 

Глянец

 

Теней размазанных скользящий силуэт,

Невнятный шепоток, полунамеки,

Красивой лжи заляпанный сюжет

Оставила на глянцевом пороге.

 

Уныло запланированы лица,

Как  хочется скорей от них отмыться

Не в ванне и не в душе, а на воле,

Хоть в ручейке, журчащем возле поля.

 

В весёлой речке между двух обрывов,

Заигрывавших с нею шаловливо,

В бурлящем море, без конца и края,

Где обитает рыбка золотая.

 

Всего одно желанье - захотела

Освободить от скверны дух и тело,

И выйдя из воды, забыть кумиров.

Я чистая! Я вновь явилась миру. 

 

 

***

 

Скатёрочка в розах,

Кувшинчик с мимозой,

Конфеты и торт для мамзель.

Не шик и не поза

Обычная проза

Самой для себя - Женский день.

 

Чтоб было не грустно,

В бокале не пусто.

На донце всего «шардоне».

Котёночек шустрый,

Мечтавший о люстре,

Составит компанию мне.

 

И двигаясь в танце,

Под танго Меладзе,

В трюмо, улыбаясь, гляжу.

Не дама с Прованса,

Но и не без шанса,

Тебе я при встрече скажу.

 

 

***

 

Кленовый лист в объятьях стылой лужи,

Прощальный жест хмельного листопада,

Резное солнце в обрамленьи стужи

Поре унылой светлая награда.

 

Своим оранжево-багряным цветом

Скучающий притягивает взгляд,

Он мог быть украшением букета

Ему б в хрустальной вазе щеголять. 

 

Но предназначен мудрою природой

Развеселить постылый серый цвет

И радовать прохожих в непогоду

Ему важней, чем украшать букет.

 

Становится уютней на морозе,

Взглянув на рыжий огонёк тепла,

И если б я была листком берёзы,

К нему бы в лужу рядышком легла.

 

 

***

 

Страдала скрипка, струны рвал смычок,

Дрожала от его прикосновенья,

Была живою, может, на мгновенье,

Как женщиной, уткнувшейся в плечо.

 

А зал молчал, зал замер и затих,

Зал слушал жадно, музыку внимая,

Но пропустил, наверное, тот миг,

Когда её душа была живая.

 

И лишь скрипач не чувствовать, не мог,

Их продолженьем были его руки,

Но он играл, чтоб царствовали звуки,

Жалея свою скрипку и смычок.

 

И зал взорвался, зал просил на бис,

Дарил цветы, признанья и улыбки,

И свой смычок уже простила скрипка,

Стыдясь за свой нечаянный каприз. 

 

И прежде чем в футляр их уложить,

Скрипач благодарил и гладил нежно,

И засыпали вместе, безмятежно,

Гордясь за право МУЗЫКЕ служить.

 

 

Три дня безверья

 

Я в ракушку вползла от безжалостных глаз,

От бездушия слов моё сердце застыло,

Чтоб не слышать привычно затасканных фраз,

За собою раскрытые створки закрыла.

 

И упала на дно. Там меня не достать,

Там под толщей воды я от горя немею,

Там пытаюсь печальную правду познать,

Что я в искренность слов уже больше не верю.

 

И свернувшись от холода сумрачной мглы,

Не приемлю от жалости скудную милость,

Остываю от той леденящей иглы,

Что нежданно-негаданно в сердце вонзилась.

 

Неужели на мне роковая печать,

За какие грехи искупаю проклятье,

Может быть, в судный день родила меня мать,

Потому уготовано это распятье.

 

Нет, не верю я в эту фатальность судьбы,

Неужели заблудших прощать разучилась?

В покаённых  глазах я не вижу мольбы?

Неужель в хладнокровный моллюск превратилась?

 

Всё! И я выползаю и к солнцу стремлюсь,

Отогреюсь в тепле вновь пришедшего лета,

За безверье своё перед мамой винюсь,

Только жаль, что уже не услышу ответа.

 

 

***

 

Я чищу рыбу, как саму себя,

Её немые стоны рвутся в уши,

Но рыба будто приказала: слушай,

Сестричка гороскопная моя.

 

Глотая слёзы, продолжаю рвать

Блестящее чешуйчатое тело,

Работа палача осточертела,

Но всё ж себя пытаюсь оправдать.

 

Мне просто надо накормить семью,

И не одна я этим занимаюсь,

Но почему страдаю так и маюсь?

Что в пору сесть на судную скамью.

 

Кощунственно жалея, убивать,

Умом и сердцем это понимаю,

Но долг в который раз повелевает,

И на Голгофе с жертвой я опять.

 

Я чищу рыбу, самосуд верша,

Во мне и адвокат, и обвинитель,

Две жертвы, и никто не победитель,

Две потрошённых - рыба и душа.

 

 

Окна старинного здания

 

Окна старинного здания

Глядят из ушедшего века

Глазами, в которых отчаяние

Растерянного человека.

 

Красавец всего квартала,

А ныне не в моде похоже,

И жёсткой рукой вандалы

Живую сдирают кожу.

 

И сняв кружевной наличник,

Сказал старый плотник нервно:

«Не дом это был, а личность,

А будет теперь как евро.

 

Теряем мы корни братцы,

От моды из-за границы,

Пластические операции

На зданиях и на лицах.»

 

И тихим ручьём по стёклам

Бежит не вода - слеза.

Меняют на евро окна

Заплаканные Глаза.

___________________

©Наталья Нахалова, г. Азов

Поделиться


Вернуться к списку интервью

Поделиться


Поиск


Подписка


Всего подписчиков: 17490

Реклама