Максим Головко. Поэзия. Январь 2023

 

Жадные боги

 

Сонное солнце

Стонами льется,

Мне остается одно:

Двигаться к свету.

К черту секреты,

ОН разгадал их давно.

 

Пламенем память

Руки избавит

От заржавевших оков.

Трудно представить

Что позабавит

Жадных до крови богов.

 

В этом вся прелесть -

Нежность и ненависть

Тонко в подкорке сплелись.

Светлый мой ангел

Сердце избавил.

Снова лечу, только вниз.

 

В сумерках, ночью,

Мир обесточен,

Мне остается одно:

Двигаться к свету

На край планеты,

В любую из многих сторон.

 

 

Моя луна

 

Ты ясное тело небесное

я - дряблое тело наземное.

Брожу, изучая окрестности,

со страхом считаю затмения.

 

Не вижу я дальше возможного,

мой мир - горизонт восприятия.

К тебе же все нити проложены,

Пути и дороги налажены.

 

И только во сне, так случается,

Твой мир постигаю за гранями.

Мы здесь ненароком встречаемся

Быть ближе к тебе получается.

 

Вокруг тишина многогранная,

Не властна здесь верст математика,

И над облаками и странами

Мостом к тебе тянется радуга.

 

Ты ясное тело небесное,

Ты сердце души моей маленькой.

Я не заплутаю на местности,

Ведомый неведомым пламенем.

 

 

Человечек

 

Добрейший тебе вечер,

Чужой уже Человечек.

Мне суицидальны встречи

С тобой.

Иди ка ты отсюда -

Мне рядом дышать трудно,

Что скажешь? Бежать не мудро?

Стой.

 

А я уязвлен болью,

Себя я калечить волен.

Гляжу ты уже с солью?

Сыпь.

Ни словом теперь, не делом...

Пропала в тумане белом,

А лик в веществе сером

Залип.

 

Но к черту больные чувства,

Теперь то внутри - пусто.

И даже не грустно

Пусть.

Но...

 

Добрейший тебе вечер,

Чужой теперь

Человечек.

 

 

Фотография

 

Я выдыхаю.

Дождь мелкой моросью падает в пыли троп.

Стоя у края

Я изливаюсь всем тем, что сказать не смог.

 

Горы и море,

Степи здесь стелятся, мир и покой храня.

Но нет покоя

Сердцу, что трепетно держит свет янтаря.

 

Травы и долы,

Здесь, средь камней, есть ярчайшие из цветов.

Рвется на волю

Чувство забытое, в нем утонул я вновь.

 

Плещется море,

В свете закатном усталость сбивает с ног.

Глаз не закрою,

Сквозь темноту на янтарь насмотрюсь я впрок.

 

И я выдыхаю.

Дождь заливает улицы четкий стан.

Чертовски скучаю.

Но лишь фотографией полнится мой карман.

 

 

Муза

 

От меня мою музу в музее прятали,

По углам выставляя её с разных ракурсов.

Я нашел, но мне было не слишком радостно,

Я невинности оной искал докозательства.

 

Мою музу в музее взглядам лапали,

И слюной поэтической растекались по полу,

А вокруг понаставили чьи то статуи,

Чьи то бюсты, фигуры и попы голые.

 

Моя муза сверкала улыбкой нежною,

Вдохновляя на подвиги кого не попадя.

Я метался по залу как зверь бешеный,

Думал, уж лучше пропади она пропадом!

 

И пропала, попала в коллекцию частную,

И туристы слюной на других истекают все.

И отныне мне в творчестве нету радости.

Хоть бери развивайся в кулинарной стезе.

 

Моя муза пылится в застенье с плесенью

И не видит ни лучика света белого.

Свет свечи и клочки бумаг истерзанных...

Что же милая с тобой сделал я.

 

Моя муза не вещь, не музейный предмет.

Свою жизнь обрела, прозаичный сюжет.

 

 

Февраль

 

Деревья плачут в феврале,

Когда Земля в полоборота,

Когда зимовье у исхода,

И солнце тянется к тебе.

 

Так плачут в жизни только раз,

Когда отвыли злые вьюги,

И опустились грузно руки,

И взгляд потух печальных глаз.

 

Так плачут на исходе бурь,

Под сенью неба голубого,

При свете солнца золотого,

Когда весенний бриз подул.

Когда истерзанное тело

В пустом покое онемело,

И взор безжизненно понур.

 

Деревья плачут в этот час.

И плачешь ты, не пряча глаз.

 

 

Снег

 

А может быть, завтра здесь выпадет снег,

По снегу бесследно уйдем босиком,

В холодном тумане, подальше от всех

Мы вместе споем, друг для друга споем.

 

Ненастьем окутана сонная ширь,

И призраки чьих то пропитых надежд

Гарцуют над городом. Тронутый мир.

Нетронуты мы в тишине без одежд.

 

Грядущего топчется бес у дверей,

И в окна бесстыдно смотреть норовит.

Бессильны животные против зверей,

Бессильны и мы перед бездной обид.

 

Но если над городом кружится снег,

И белым страница на тексты легла,

Иди вслед за мной, и подальше от всех,

Никто не найдёт нас с тобой по следам.

 

 

Два навсегда

 

Есть такое слово - "навсегда",

Не "на годы", даже не "навеки",

Кто то, не оставив и следа,

Уходя захлопнет плотно двери.

 

Тысячи сияющих минут

Искрами истлеют в бездне ночи.

Тысячи мгновений не вернуть,

Разочарование опорочит.

 

Есть такое слово "навсегда",

Нечто что случается однажды.

Из под ног бегущая земля,

Образ что теперь один лишь важен.

 

Нечто что останется с тобой,

Нечто в чем ты до конца уверен,

Нечто в чем ты обретёшь покой,

Не боясь открыть любые двери.

 

Дерзости хватает иногда

Утонуть в любимом человеке.

Есть такое слово - "навсегда".

Не "на годы", даже не "навеки".

 

 

Любовь робота

 

Я порой тебя плохо слышу,

И не в громкости вовсе дело.

Ты паришь в своих мыслях выше,

Я - в тебе же, душой и телом.

 

Записать каждый знак и пиксель,

Сохранить на задворках файлов,

Закодировать сложно мысли,

Гигабайтами грез хрустальных.

 

Я не мастер программных действий,

Не в моей это сфере власти,

Сохраню тебя интересней,

Во сплетении черной страсти.

 

Я пришью тебя ярким словом,

Тонкой ниткой по толстым нервам,

Красной буквой в слепом глаголе,

Я пришью и любя, и крепко.

 

И пусть слышу порой я плохо,

Дело вовсе не в понимании,

Мне достаточно только вздоха,

Чтоб постичь глубину терзаний.

 

И без слова я знаю точно,

То о чем ты сказать готова.

Ты моя под ногами почва,

Босиком по газону - снова.

 

Так пускай же несутся мимо

Мегатонны пустых вопросов,

Нет на свете страшнее силы

Той, что держит сквозь смех и слезы.

 

___________________

© Максим Головко, г. Азов

Поделиться


Вернуться к списку интервью

Поделиться


Поиск


Подписка


Всего подписчиков: 17472

Реклама